ВОРОТНИКОВ ПАВЕЛ СЕРГЕЕВИЧ

 

RamkaВоротников П.С. - (28.12.1919 г. – 16.12.2004 г. в г. Н-Тагил Свердловской области) Тренер-преподаватель по легкой атлетике (Н-Тагил, ДСО «Металлург Востока» – «Металлург» – «Труд», СК «Уралец»)

Павел Сергеевич спортом начал заниматься в 1939 году.

Участник Великой Отечественной войны. Воевал на 2-и Белорусском  фронте. Окончил войну в звании старший лейтенант.

Работал тренером по легкой атлетике и пулевой стрельбе спортивного клуба «Уралец».

Награжден нагрудным знаком «Отличник физической культуры и спорта». Ветеран спорта РСФСР.

Ветеран физкультуры и спорта г. Н-Тагила

 

Книга «Непобежденные» 2000 г.

 

С ХАЛХИНГОЛА-ПОД МОГИЛЕВ

Техникум физкультуры Павел Воротни­ков так и не успел закончить: труба военной службы поставила его в солдатский строй прежде, чем закончилась учебная програм­ма. Шел 1939 год, и бравый физкультурник понадобился самому Жукову на Халхинголе. Малость подучившись, он сел на место водителя бронемашины и побывал в не­скольких боях. Потом его вызвал командир и сказал, что есть разнарядка в Златоустовское танковое училище.

- Поезжайте, Воротников. Вы делом доказали, что можете стать хорошим танковым командиром. Поезжай­те, а войну и без вас закончим...

Но пока Павел добирался из Монголии на родной Урал, Златоус-товское танковое превратилось в сухопутное училище. Что ж, при­шлось поступать и заканчивать его. 2 мая 1941 года он стал лейтенан­том. И каким! Его, как бывшего чемпиона зоны Урала и училища по бегу на 100 и 200 метров и по прыжкам в длину назначили... начальником физподготовки полка тульской стрелковой дивизии. Вот-вот уже на первенство Московского военного округа ехать и тут - на тебе! - война. Дивизия срочно перебрасывается под Могилев, и молодые лейтенанты во главе своих стрелковых взводов бросаются в бой.

Стойко стояли они у этой белорусской твердыни. Так стойко, что, не сумев овладеть Могилевом сходу, враг обтек его и устремился дальше, на восток. В середине июля были сданы ключи от Орши и Смо­ленска, а Могилев все стоял, не сдаваясь. Но, лишенный поддержки с тыла, дрогнул и он. 26 июля дивизия, расчлененная по частям, сперва робко попятилась, а потом, хоть и с боями, но стала отступать к Москве.

Лейтенанты Анатолий Коршунов и Павел Воротников с группой солдат попали в безвыходное положение. Вперед - на верную смерть идти, назад – только в лес, партизанить. Куликов выбрал второй путь, Воротников - первый.

И, наверное, зря. Прорываясь через боевые порядки немцев, он был сильно контужен: потерял слух, речь, одна рука беспомощно повисла. Такого немощного боевые товарищи вынуждены были оставить в доме какой-то бабушки на глухом хуторе. Местные жители выправи­ли ему необходимые документы, и он при проверке вполне сошел за увечного местного жителя. Потом, чуть поправившись, через верных людей Павел связался с командиром партизанского отряда Анатоли­ем Коршуновым, и тот, встретившись с другом, принял решение:

- Пока окончательно не поправишься, оставайся здесь и будь связ­ным партизан. Потом мы устроим тебя в городе.

Около года лейтенант Воротников находился в боевом подполье партизан. Задания были дерзкие и непростые. Но верные друзья –подпольщики выручали его всякий раз, когда, казалось, что вот-вот ловушка захлопнется. И вот в начале 43-го отряд отдает ему приказ: с группой воинов пройти по немецким тылам и выйти в расположение своих войск.

Красные звездочки на головных уборах они увидели уже в разгар Орловско-Курской битвы. 70-я армия, куда они попали, уже проры­валась в направлении Харькова. Особисты, было, заподозрили недо­брое, но, связавшись с командиром партизанского отряда, сменили гнев на милость и возвратили Воротникову лейтенантские погоны, а кадровики направили его в разведроту 90-го стрелкового полка 95 стрелковой дивизии.

Вот где развернулись молодецкие силы уральца! Командному составу то и дело были нужны свежие данные о противнике. А кто их должен был добыть? Конечно, разведчики. И они, почти каждую ночь, уходили в поиск, вели разведку наблюдением и боем. Лейтенант Во­ротников даже не высыпался все это время.

Но вот в 3-м стрелковом батальоне вышли из строя или погибли в боях почти все офицеры, и Павлу пришлось срочно принимать под свое начало сразу две роты. Как, постоянно сражаясь, он справлялся с ними - уму не постижимо. Но справлялся. С ними он прошел Бело­руссию, вступил в Польшу - и ничего. Но вот под городом Августов, когда батальон сменил разбитый полк, он остался один аж на 4 роты. Комбат со штабом сидят где-то на болотных кочках, а он, потеснив немцев, вышел к какой-то высоте. От одной роты к другой бегал, как угорелый, однако темп наступления не снижал. И тут почти под самым носом - взрыв. Взрывной волной его бросило на землю. В горячах он вскочил, было, на ноги, но снова повалился: правая нога была изувечена осколком. Хорошо, что именно тут появился комбат. Он и завершил наступление, а Павел Овчинников угодил сперва в медсанбат, а потом в эвакогоспиталь.

Ему повезло: в Москве на сортировочном пункте какой-то капи­тан увидел у Павла трофейный дамский браунинг, и у него загоре­лись глаза:

- Подари.

- Ишь ты! Давай тогда услугу - за услугу. Направляй меня на лече­ние в родной Свердловск.

Ударили по рукам, и вскоре старший лейтенант Овчинников ока­зался на Урале, в Свердловске. Лечился долго, месяца три находился в отпуску по болезни, а потом - снова на фронт. Пока, правда, попал в армейский офицерский полк резерва. Но тут, к его огорчению и радости, войне пришел конец.

Когда, уволившись в запас, заявился в областной комитет физкуль­туры и получил пост начальника учебно-спортивного отдела, нога заметно поджила, и Павел стал тренировать ее, занимаясь с ребятами баскетболом и волейболом. Часто ездил по районам с проверкой, орга­низовывал соревнования. Потом поступил, было, в высшую школу тренеров при институте физкультуры им. Лесгафта, но на студенчес­кую стипендию было не прожить, и каленый ветрами войны фронто­вик вынужден был вернуться в родной город и заступить инструктором физподготовки на Уралхиммаш. С его приходом ожила здесь спортивно-массовая работа. На одном ответственном соревновании его коллектив опередил даже, гремевший тогда в спортивные литав­ры, Уралмаш.

Потом работал на тренерской работе в техникуме связи, а в 1949 его пригласили в Нижний Тагил - преподавателем физкультуры Горного института. Именно в это время он становится чемпионом города в беге на 100 метров и прыжкам с разбега в длину. И это в 30 лет – это при том, что из госпиталя он вышел инвалидом 3-й группы, что делает с больным человеком спорт!

Перед выходом на пенсию Павел Сергеевич вынужден был перейти на более денежную должность - поступил оператором прокатного стана НТМК. Но душой, всем сердцем своим он навсегда остался спорте, которому, исключая войну, отдал всю свою жизнь.

            

scroll back to top