МАРКЕВИЧ ИГОРЬ ВЛАДИСЛАВОВИЧ

 

MarkevichIgorjVladislavovichМаркевич И.В. - (24.05.1953 г. в г. Вильнюсе Литовской ССР) Тренер-преподаватель по авиамодельному спорта (Магнитогорск, ДОСААФ, АСК).

 

Игорь Владиславович – советский авиамоделист, спортивный и российский педагог, арбитр, судья республиканской категории

С 1963 занимался авиамодельным спортом в Магнитогорском авиационно-спортивном клубе (АСК) ДОСААФ, до 1983 года выступал в соревнованиях.

С 1970 года руководитель авиамодельных кружков, с 1977 года инженер-авиамоделист Магнитогорского АСК. В 1978—1979 годы руководил постройкой кордодрома для запуска моделей на территории аэродрома АСК. Возглавил городскую команду авиамоделистов, с которой участвовал в областных и республиканских соревнованиях. В 1981 году команда под руководством И.В. Маркевича заняла 2-е место в межобластных соревнованиях на «Кубок Южного Урала». На своей базе Маркевич дважды организовал межобластные соревнования, где магнитогорская команда становилась чемпионом (1984—1987); выступил организатором всероссийских и всесоюзных соревнований (1988—1989).

С 1995 года тренер сборной команды авиамоделистов России. Подготовил чемпиона РСФСР и СССР В.В. Чубатова, 1 мастера спорта международного класса, 1 мастера спорта, 1 кандидата в мастера спорта, более 100 спортсменов массовых разрядов.

В 1998 году открыл благотворительный фонд «АЭРО-М».

Звание «Судья республиканской категории» присвоено в 1991 году

 

Энциклопедия Челябинской области

 

16 НОЯБРЯ 2009, 10:53

Игорь Маркевич, заведующий авиамодельной лабораторией при Магнитогорском авиационно-учебном центре, мастер спорта международного класса, судья республиканской категории: «Авиамоделизм – это сплав всех всех наук и настоящая гимнастика для ума»

MarkevichIgorjVladislavovich4– Игорь Владиславович, когда, на ваш взгляд, зародился авиамоделизм?

– Думаю, первыми авиамоделистами можно считать братьев Райт или даже Леонардо да Винчи. Ломоносов и Можайский тоже строили летающие модели машин. Возможно, легенда об Икаре тоже не просто так придумана: люди всегда мечтали летать.

– А как родилось ваше увлечение этим видом спорта?

– Мой старший брат занимался в авиамодельном кружке, когда учился в школе, потом поступил в авиационно-технологический институт. И когда я перешел в четвертый класс, то записался в тот кружок, в котором занимался мой брат. Попасть в него в середине шестидесятых было очень проблемно: нужно было заполнить анкету, принести разрешающие подписи от родителей и от классного руководителя. Каждый день у кружковцев проверяли дневники. И если в нем попадались двойки, на занятия не допускали. Нашим руководителям было из кого выбирать: в начале года в авиамодельный кружок приходило человек сто.

– Как вы-то удержались в такой системе?

– Правдами и неправдами. Вместо прогулки, и даже иногда в ущерб школе – в клуб. Уроки делал за пять минут, лишь бы скорее пойти в кружок.

– Что вас больше привлекало в занятиях – полеты или сам процесс изготовления моделей?

– И то, и другое: очень хотелось сделать такой самолет, который потом еще и полетел бы. Полет и работа над моделью – это два разных кайфа, которые я испытываю до сих пор.

– Почему же тогда не поступили в тот институт, где учился ваш брат?

– Поступал. Приехал в Москву, на стенде читаю: «Обработка металлов давлением», «Технология точного литья» и тому подобное – практически все то же, что и в МГМИ (сейчас МГТУ). Только у нас железо, а там – легкие алюминиевые и титановые сплавы. Естественно, я выбрал самую крутую специальность – самолетостроение: 14 человек на место! К сожалению, не прошел по конкурсу. В результате пошел в армию. Отучился в сержантской школе локаторщиков и попал в погранвойска на турецкую границу.

Вернувшись домой, стал вести авиамодельный кружок. Желающих записаться в него было по-прежнему много. При этом помещения, в которых проводились занятия, были маленькими – максимум на 15 человек, и кружковцев постоянно приходилось отсеивать. Шла настоящая проверка на трудолюбие: сегодня строгаем, завтра берем мелкую наждачку и шкурим. Смотришь – один не пришел, второй… И уже с «самыми-самыми» начинали заниматься по-настоящему.

– Что такое авиамодельный спорт, если в нем постоянно нужно что-то строить?

– Как и любой другой спорт – борьба за результат. Только если ядро или копье спортсмен берет уже готовыми, то мы свою модель, прежде чем запустить в небо, должны сделать.

– Наверное, в этом спорте и романтики значительно больше?

– Конечно. В нашем спорте много таких людей, которым по каким-либо причинам не удалось стать летчиком или космонавтом. Есть и те, кто когда-то был летчиком. А когда вышли на пенсию, так и не смогли жить без полетов, поэтому увлеклись авиамоделизмом. И говорят, что адреналина получают от этого вида спорта даже больше, чем от реальных полетов, к которым привыкаешь, как к поездкам на машине. Авиамоделизм для них – второе рождение. Да и возможности сейчас такие, что построить можно все. Даже настоящий космический корабль. И мы умеем делать любые модели. Хотя, с другой стороны, в магазинах можно купить тоже любую модель. И это два пути к одному увлечению: от готовой модели к потребности что-то подобное или даже лучшее сделать самому. Но сейчас все меняется.

– Вы хотите сказать, что сейчас наши мальчишки не интересуются авиамодельным спортом?

– Самый частый вопрос, который задают современные дети, глядя на модель самолета: «А сколько он стоит?» Не хотят они прилагать усилия к тому, чтобы сделать что-либо своими руками! Папы приводят их к нам, просят приобщить к трудолюбию, научить управляться с инструментами, а мальчишкам ничего этого не надо!

– Как же вы их заинтересовываете?

– Только полетами. Но даже их они часто панически боятся: боятся, что самолет упадет и разобьется. Таким образом, современные дети, подходя к возрасту, в котором они уже могут делать модели, все еще остаются недорослями! Причина одна: в семьях им не с кого брать пример. В Москве, когда я в 1983 году проходил курсы повышения квалификации руководящих работников ДОСААФ, нам рассказывали, что были даже такие эксперименты, например, в Венгрии, когда вместо уроков труда в школах вели уроки моделизма: авиамоделизма, судомоделизма, картинга и так далее. Поэтому летом 2007 года мы добились открытия в Магнитогорске муниципального спортивного авиамодельного кружка для детей. Сначала он существовал при 51 школе. Сейчас его в школе №4 ведет инженер-моделист Валерий Кожевников.

– Но ведь ваша авиамодельная лаборатория существует уже очень давно!

– Да, впервые она открылась в 1968 году при аэроклубе. С тех пор и до 1998 года мы принадлежали ДОСААФ, но в 1998 году администрация АСК из-за отсутствия средств закрыла нашу авиамодельную секцию, сократила наши должности, отказавшись от помещения вместе с нами. Чтобы сохранить лабораторию и секцию, мы создали благотворительный фонд развития авиационных видов спорта «Аэро-М», взяв помещение на баланс фонда, и до 2007 года сами содержали его.

– Как вы сейчас оцениваете состояние авиамодельного спорта в России?

– По сравнению с другими странами оно плачевное. Мы каждый день придумываем, как мальчишку-пятиклассника заинтересовать изготовлением моделей, если он приходит к нам и, показывая на плоскогубцы, спрашивает: «Это что за инструмент?» До пятого класса он ни разу не видел плоскогубцев! И при этом хочет завтра же сделать самолет! Когда я учился на худграфе в МаГУ, меня очень интересовал вопрос, смогу ли я когда-нибудь стать настоящим художником? И мой преподаватель по рисунку, член союза художников Николай Николаевич Исаев, держа в руках мою модель самолета, как-то спросил у меня: «Ты сколько лет этим занимаешься? Больше двадцати? А я рисунком столько же занимаюсь. Чтобы сделать такую же модель, мне лет 10 нужно учиться! А ты хочешь раз – и в художники!»

Другая причина отсутствия интереса у детей к таким кружкам, как наш, заключается в их практически нулевом снабжении. В этом году мы впервые за 20 лет получили хоть какую-то помощь от городского спорткомитета. А ведь минимальная смета одного авиамодельного кружка, по моим подсчетам, составляет 120 тысяч рублей в год. Конечно, без поездок на соревнования, на которые нам денег тоже не выделяют. Как можно сделать что-то из ничего?

– И тем не менее у вас много самых разных наград. Значит, несмотря ни на что вы участвуете в соревнованиях?

– Конечно. Мы и сами проводим крупные соревнования. Например, в 1989 году команда, в которой я был начальником, заняла первое место в чемпионате СССР среди юношей-авиамоделистов. Кроме этого мы проводили чемпионаты России и урало-сибирской зоны, областные и городские соревнования. Хотя пиком авиамоделизма в нашем городе в этом отношении можно считать 1978 год. Тогда в Магнитогорске проводились городские соревнования школьников, в которых приняло участие больше 240 человек. Мы едва смогли уложиться в три дня! Сейчас, конечно, участников не так много. В июне этого года мы провели межрегиональные традиционные соревнования на кубок Южного Урала по пилотажным моделям, в которых приняло участие около 30 человек. Среди них – члены сборной команды России, чемпионы России, многократные призеры чемпионатов мира и Европы, мастера международного класса. Вместе с ними выступали и наши мальчишки.

– Как проводятся соревнования авиамоделей?

– Если говорить о пилотажных моделях, то здесь все очень просто: полет длится шесть минут. За это время пилот должен выполнить обязательный комплекс фигур высшего пилотажа.

– Таких же, какие делает пилот настоящего самолета?

– Многих наших фигур настоящий спортивный самолет выполнить не сможет. Энерговооруженность радиоуправляемых моделей значительно выше. К примеру, настоящий самолет не может повиснуть над землей наподобие вертолета. А наша модель может.

В «воздушных боях» участвуют два экипажа с двумя моделями, которые летят по кругу. Механики заводят самолеты, летчики их пускают. К каждому из самолетов привязаны цветные ленточки. Секунда полета – плюс одно очко. Секунда на земле – минус очко. Отруб кусочка ленточки – 100 очков. Бой длится четыре минуты или до тех пор, пока модели способны летать. Судьи наблюдают за действиями пилотов, чтобы никто не нарушал правила. По моделям воздушного боя спортсмены клуба три года назад стали чемпионами России.

– Какие еще виды авиамодельных соревнований существуют?

– Кордовые скоростные и гоночные. В гоночных соревнованиях одновременно в кругу стоят три экипажа: три пилота и три механика. Они должны пролететь базу – 100 кругов. Это 10 километров с промежуточными заправками наподобие пит-стопов в «Формуле-1». Скорость таких моделей составляет около 200 км в час. Объем двигателя и бака ограничен. Если мотор глохнет, механик ловит самолет, заправляет двигатель, заводит его и снова отправляет самолет в небо. Победит тот, кто скорее пролетит 100 кругов.

Когда проходят соревнования на скорость, в центре круга стоит пилон. Пилот разгоняет модель и крепит ручку управления на этом пилоне. Самолет должен пролететь 10 кругов. Длина окружности составляет 100 м (база 1 км). Скорость таких моделей доходит до 300 км в час.

Еще есть кордовые копии и радиоуправляемые модели самолетов. В копии мастер должен в масштабе повторить настоящий самолет до каждой заклепочки. При этом во время полета модели летчик должен показать не менее пяти демонстраций – таких, какие делает настоящий самолет. Зачет ставится только после 10 кругов. В 2004 году в Канаде Вячеслав Чубатов, один из моих спортсменов, стал чемпион мира в командном, а в 2006 году – в личном зачете именно по кордовым копиям. Он сделал копию самолета Як-52. На модели установлен стартер, поэтому она сама (под управлением летчика, конечно) заводит мотор. Медленно, на малой скорости самолет доехал до судей, постоял. Взлетает. В это время убираются шасси. Самолет летит. Открываются жалюзи, которые обдувают двигатель. Закрываются. Открывается кабина, и пилот-манекен рукой кидает листовки. Сбрасывается газ, выпускаются тормозные щитки, шасси, самолет садится. Прокатывается на малом газу и снова взлетает. И так далее.

– Все это кордовые модели?

– Да. А есть еще свободно летающие: планеры, резиномоторные и таймерные модели. Суть у них одна: семь раз они взлетают – и кто дольше продержится в воздухе. Секунда полета – очко. Фиксированное время – три минуты. Планер затягивается на леере, как воздушный змей, после чего леер сбрасывается, и начинается отсчет очков. Резиномоторные модели запускаются с помощью энергии закрученной резины, а таймерные – с помощью моторчика, который должен работать не дольше пяти секунд.

– Что должен уметь авиамоделист, чтобы модель побеждала в соревнованиях?

– Все! Мы изучаем и аэродинамику, и химию, и физику, и электронику, и черчение, и конструирование, и литье, и работу на любых станках, и ювелирное дело… В самолете столько самых разных деталей, что авиамоделизм можно назвать сплавом всех наук и настоящей гимнастикой для ума.

– Аэродинамика – понятно. Химия нужна для топлива… А ювелирное-то дело зачем?!

– Так ведь в наших моделях деталюшечки-то какие! А от точности исполнения зависит успех полета! Например, в двигателе есть цилиндр, в котором ходит поршень. Конус на этом цилиндре нужно задать в 25 микрон на сантиметр длины! Больше сделаешь – поршень бултыхаться будет, меньше – зажимать. Однажды, когда мы еще только начали выступать, мне подарили коробочку со сверлами, диаметр которых 0,1-0,2 мм, и ювелирные плоскогубчики. Они мне очень пригодились! Также важно и сплавы правильно подобрать, ведь при работе моторчика металл нагревается. Когда-то наши маленькие моторчики были самыми лучшими в мире. Сейчас мы делаем двигатели сами. Вплоть до создания своих сплавов. В Оренбурге авиамодельный клуб ведет Вальдемар Кратц. Он занимается гоночными моделями, сам делает сплавы для поршней. Его сплавы считаются одними из лучших в мире.

– Изобретения авиамоделистов могли бы вывести Россию в первые ряды по количеству изобретений!

– Защита авторских прав – это отдельная история, на которую у нас, к сожалению, не хватает времени.

– Обычно мы привыкли спортсменов воспринимать как сильных, ловких людей. Разве в авиамодельном спорте это важно?

– Чтобы побеждать в данном виде спорта, необходимы не только большие знания, но и морально-волевые качества. Поэтому средний возраст спортсменов в авиамоделизме – 40-45 лет. Мастера спорта у нас моложе 18 лет встречаются редко!

– А женщины среди мастеров этого спорта есть?

– Немного, но есть. Так, Светлана Филиппова из Санкт-Петербурга в юности была мастером спорта по гимнастке, а в 24 года вошла в десятку лучших пилотов России, стала мастером авиамодельного спорта.

– В каких городах вы уже выступали со своими моделями?

– В Минске, Киеве, Харькове, Москве, Питере, Туле, Калуге, Владимире, Костроме, Перми, Кирове, во всех городах Урала, в Новосибирске, Омске... До Владивостока еще не доехал. Мы выступали в Чехии, Польше, Румынии, Канаде, Швейцарии и так далее.

– Каким вы видите будущее авиамоделизма?

– Радиоуправляемым. Остальные классы – кордовые, свободно летающие – несколько отойдут, станут экзотическими. Из кордовых останутся только самые интересные для зрителей: воздушный бой, в котором каждую секунду ситуация меняется, и гоночные соревнования. В радиоуправляемом авиамоделизме проводятся те же соревнования и чемпионаты мира. Существуют чемпионатные классы радиоуправляемых моделей. Это модели определенных характеристик и размеров. По правилам FAI (международного аэроавиационного комитета) они должны вписываться в квадрат 2х2 метра. У нас в городе было проведено уже три соревнования по радиоуправляемым авиамоделям. Я в них тоже участвовал. Правда, с небольшой аварией: мой самолет упал. Причину найти, конечно, можно: мотор остановился, бак не там стоял… Но я же знал, что двигатель еще не обкатан, что резкие маневры в таких случаях делать не стоит. Однако мне так захотелось резко «взмыть» в небо!..

– Так что же такое авиамоделизм – спорт, профессия или хобби?

– Для меня – и то, и другое, и третье. Никто точно не знает, кто сказал: «Моделизм – не просто детское увлечение, а дело государственной важности» – Королев, Ильюшин, Туполев или, как я думаю, генеральный конструктор самолетов марки «Ан» Антонов. Но эти слова очень верные. Так, в КБ Ильюшина был цех авиамоделизма. В КБ Сухого в Новосибирске работает модельщик Александр Павленко, участник огромного количества чемпионатов мира и Европы в классе кордовых копий. Сейчас в армию начали поступать беспилотные самолеты-разведчики. А в Краснодаре МАИ (московский авиационный институт) даже программу такую проводил: опыление мандаринников и чайных плантаций ядохимикатами на склонах гор в малодоступных местах с помощью моделей. В Москве недавно прошла выставка авиамоделей. Ее посмотрел Путин и принял решение, что это направление нам нужно развивать. И я с таким решением согласен.

Гелина ЛИТО

https://mgorsk.ru/text/gorod/63283731/

 

 MarkevichIgorjVladislavovich2

 

 

 

 

 

 

scroll back to top