РЫДЗЕВСКИЙ СТАНИСЛАВ ИОСИФОВИЧ

 

RydsevskijSIРыдзевский С.И. – (26.12.1924 г. в г. Ишим, Тюменской области – 2003 г.) Спортивный телерадиокоментатор (Свердловск).

 

Станислав Иосифович в 1942 году окончил среднюю школу №113 в городе Ишиме, в том же году школу ФЗО №7 в городе Омске. После окончания ФЗО поступил на работу кочегаром паровоза Омского депо им. Куйбышева.

Участник Великой Отечественной войны. Проходил службу в РККА с 1942 по 1946 годы, участник боевых действий на фронтах – Центральный, I Белорусский, II Белорусский. Пулеметчик – зенитчик.

Ученик токаря, токарь, мастер, инженер – технолог, завод МПС в городе Ишим (1947-1950). Мастер на радиозаводе в городе Свердловске с 1951 по 1952 годы.

Инженер-конструктор Уралгипромез (1952-1966), «Уралгипроруда» (1966), КБ «Уралчерметавтоматика» (1967-1970), ведущий конструктор ИФМ УрО РАН (1973-1998). Автор 4-х изобретений, участник ВДНХ трижды.

Выступал за футбольные команды завода МПС города Ишима, радиозавода города Свердловска (1948-1952). Судил футбольные матчи в Свердловске (1952-1953). Имел спортивные разряды по футболу, шахматам, настольному теннису.

Спортивный телерадиокомментатор Свердловского областного комитета по ТВ и РВ, СГТРК (1958-1989, 1996). Печатался в газетах «Уральский рабочий», «На смену», «Вечерний Свердловск».

Лектор, член общества «Знание» (1971-1991). Донор (1974-1984).

Награжден Почетными грамотами ЦК ВЛКСМ, ВЦСПС, Советского комитета ветеранов войны (1969-1991).

Государственные награды: орден «Отечественной войны II степени», медали: «За боевые заслуги», «За Победу над Германией», «Ветеран труда», медаль Жукова и семь юбилейных.

Участник Парадов Победы на Красной площади в Москве в 1945 и 1995 годах.

 

С.Н. Гущин. Книга «Друзья моих военных лет»

Ему всегда помогала любовь

«В те дни в любой советской семье все, кто находился в тот момент дома, обязательно замирали у чёрной тарелки радиорепродуктора, с тревогой и надеждой слушая оче­редную сводку Совинформбюро. Слушали и недоумевали: им всегда внушали, что наша доблестная Красная Армия даст достойный отпор любому агрессору и очень быстро добьётся победы, завершив полный разгром противника на его собственной территории. Однако на деле всё оказа­лось иначе: наши войска, непрерывно отступая, сдавали врагу город за городом. Как это ни горько вспоминать, но первые месяцы войны были для Красной Армии полной катастрофой. Незадолго до нападения на Советский Союз, на одном из совещаний в ставке вермахта Гитлер откро­венно заявил: «Поскольку Россию в любом случае необходимо раз­громить, то это лучше сделать сейчас, когда русская ар­мия лишена руководителей и плохо подготовлена и когда русским приходится преодолевать большие трудности в военной промышленности».

Внезапность нападения немецких войск произвела сильное психологическое воздействие на наших бойцов и командиров и позволила противнику добиться решающе­го превосходства. За короткий отрезок времени были уничтожены основные силы советской авиации, нами бы­ли потеряны тысячи танков, сотни тысяч советских солдат попали в плен в результате операций немцев по окруже­нию. Плохо вооружённые и недостаточно обученные крас­ноармейцы мужественно встречали врага и бились на­смерть. Однако наши потери в начале войны были в не­сколько раз больше, чем у немцев. Руководство СССР пы­талось компенсировать нехватку и низкое качество воору­жения за счёт увеличения численности наших вооружён­ных сил, а это лишь увеличивало и без того огромные по­тери в живой силе.

Не удивительно, что уже к началу 1942 года на боль­шинстве предприятий и в сельских хозяйствах были при­званы в армию почти все мужчины и остались в основном женщины да старики. А ведь фронт требовал всё больше боевой техники и вооружений, но рабочих рук катастро­фически не хватало. Вот и пришлось на многие трудовые и достаточно сложные работы привлекать подростков, кото­рые должны были заменить ушедших на фронт специали­стов. Когда в январе 1942 года в школе фабрично-завод­ского обучения (ФЗО) №7 Ленинского района города Ом­ска объявили набор молодёжи для обучения рабочим про­фессиям, заявления подали несколько сот юношей и деву­шек из десятых и даже девятых классов средних школ. Однако брали далеко не всех изъявивших желание, а лишь тех, кто прошёл по конкурсу. Учащимся школы ФЗО выдавали полный комплект форменной одежды, обеспе­чивали общежитием и трёхразовым питанием, а также су­точной нормой хлеба, как у рабочих военных заводов: 800 граммов. А в то холодное и голодное время это было более чем привлекательным стимулом. Большинство претен­дентов рвались в группы токарей, слесарей и составите­лей поездов, а вот профессия кочегара паровоза была на­именее популярной. Когда председатель приёмной комис­сии увидел в табеле Стасика Рыдзевского только хорошие и отличные оценки, он сразу же предложил ему на выбор любую из специальностей.

- Я хочу на паровоз, как мой отец! — очень тихо, но ре­шительно сказал семнадцатилетний паренёк. — Он у меня тридцать лет проработал машинистом.

Председатель в ответ лишь развёл руками:

- Извините, молодой человек, но у нас по краткосроч­ной программе машинистов не готовят. А в кочегары, я ду­маю, вы не пойдёте?

- Почему нет? Я ведь сказал, что хочу на паровоз, а раз имеется только эта возможность, то я согласен, — ни ми­нуты не колеблясь, ответил Станислав.

Каково же было его удивление, когда, явившись на за­нятия, он увидел в своей группе КЧ-16 нескольких деву­шек! Оказалось, все они приехали из окрестных деревень и были согласны на любую работу. Физических нагрузок и житейских трудностей девушки не боялись, хотя, разуме­ется, плохо представляли, что их потом ждёт на паровозе.

Главное, считали они, что перед каждой поездкой всем членам бригады выдают небольшой «наркомовский» паёк - хлеб, сахар, колбасу, — который можно сэкономить, а затем отправить своим родственникам в деревню.

Вся общетеоретическая подготовка заняла чуть боль­ше месяца. А затем всех ребят сразу же направили в паро­возное депо овладевать профессией на практике. Правда, сначала всех новичков поставили к верстакам нарезать дюймовыми метчиками резьбу в опорных роликах для орудийных башен бронепоезда «Сергей Киров», который в срочном порядке готовили для отправки на фронт. Потом всех «школяров» распределили по наставникам, которые буквально «на ходу» терпеливо учили своих подопечных особенностям и хитростям работы на паровозе. А уже че­рез три месяца после начала учёбы всем выдали удостове­рения об окончании школы ФЗО и направили на работу на Омскую железную дорогу. Молодые, ещё физически не окрепшие и не имевшие практического опыта пацаны ста­ли ездить в составе паровозных бригад как самостоятель­ные кочегары.

Лучшего ученика и старосту группы Станислава Рыд­зевского направили на самый современный по тем време­нам паровоз серии СОК. Дело в том, что до этого все выпу­скавшиеся в Советском Союзе паровозы «стравливали» отработанный пар в атмосферу, и поэтому их приходилось заправлять водой через каждые 150—200 километров. Это было очень неудобно, а иногда даже невозможно в мало­водных регионах страны. Вот конструкторы и создали па­ровоз с конденсацией отработанного пара: после фильтра­ции горячую воду вновь подавали в котёл паровоза, что позволяло без дополнительного набора воды преодолевать до тысячи километров. Друзья тогда завидовали Рыдзевскому: «Тебе, Стас, здорово повезло. В твой котёл будут пода­вать уже горячую воду, поэтому в топку придётся грузить меньше угля, а для кочегара это явная «лафа»!».

Но на деле всё оказалось значительно сложнее. В ус­ловиях суровой сибирской зимы очень сложная конструкция холодильного оборудования работала ненадёжно и требовала постоянных ремонтов. Хлопот у всей паро­возной бригады было, как говорится, выше крыши! По­ездки порой длились по двое-трое суток, и чаще всего приходилось возить уголь из Кузбасса на Урал. Иногда бригаде доверяли и воинские эшелоны, идущие на фронт по особому ускоренному графику. А на обратном пути, как правило, доставались санитарные поезда, везущие раненых в тыловые госпитали, в том числе и в омские. Подобные поездки буквально разрывали сердце Стани­слава. Он, как и все мальчишки того времени, рвался на фронт, регулярно «бомбардируя» райком комсомола и райвоенкомат своими заявлениями с просьбой направить его в действующую армию. И, наконец, однажды Рыдзевского вызвали в военкомат.

- Вы, как нам известно, в школе занимались спортом и хорошо владеете лыжами, — сразу же приступил к делу военком. — Мы сейчас формируем Отдельную лыжную бригаду, и вам предстоит служить в ней в качестве навод­чика зенитно-пулемётного расчёта. Погрузка в вагоны за­втра на станции Калачинская.

Это произошло в январе 1943 года.

Родился Стасик Рыдзевский 26 декабря 1924 года в не­большом райцентре Тюменской области городе Ишиме. Дед Станислава Антон Рыдзевский, участвовавший в од­ном из польских крестьянских восстаний против царского правительства, был сослан в Сибирь. Здесь он женился и вырастил шестерых детей, один из которых — Иосиф по­зднее стал отцом Станислава. После службы в железнодо­рожных войсках на Дальнем Востоке Иосиф Антонович пытался устроиться на работу в Новосибирске, Челябин­ске, Екатеринбурге, но всюду получил отказ из-за своей национальности. В конце концов, ему удалось устроиться машинистом паровоза на строительстве железной дороги Тюмень—Омск. После завершения строительства Рыд­зевский «осел» в маленьком губернском городке Ишиме. В далёком семнадцатом веке на одноимённой реке было по­строено русское укрепление, получившее название Ишиминский Острог. Местные жители всегда гордились тем, что их город возник намного раньше Екатеринбурга, Ом­ска и Челябинска. Мама Стасика Мария Григорьевна, ро­дившая двух сыновей, много лет проработала в школе учительницей начальных классов. Нужно сказать, что обе ишимские железнодорожные школы — № 31 и 113 про­славились на всю страну прежде всего потому, что в них учителем физкультуры (!!!) работал Василий Алексеевич Порфирьев, которому были присвоены самые высокие спортивные звания: «Заслуженный мастер спорта СССР» и «Заслуженный тренер СССР». Ведь среди его воспитан­ников были участник трёх Олимпиад, обладатель семи Олимпийских медалей, легендарный гимнаст Борис Шахлин; Олимпийский чемпион по лыжам Николай Аникин; чемпионка СССР по гимнастике Вера Соловьёва и другие известные спортсмены. Скажем прямо, сам Рыдзевский больших успехов в спорте не добился, хотя очень неплохо играл в футбол, а перед самой войной даже закончил пла­нёрную школу. К тому же Станислав был «полным кавале­ром» всех существовавших тогда «оборонных» значков: БГТО, ГТО, ВС, ГСО, ПВХО. Зато знаменитый учитель на всю жизнь привил своему воспитаннику искреннюю лю­бовь к спорту!

Правда, долгие годы часть своего сердца Станислав от­давал музыке. Ещё в школьные годы отец научил своих сыновей играть почти на всех струнных инструментах: мандолине, домбре, балалайке, гитаре. Так возникло се­мейное инструментальное трио, радовавшее соседей сво­им домашним музицированием. Станислав играл и в школьном оркестре народных инструментов, ежегодно участвуя в городских смотрах художественной самодея­тельности. Много лет спустя, уже в Свердловске, работая инженером-конструктором отдела металлургического оборудования проектного института «Уралгипромез», Рыдзевский создал инструментальный квартет, в котором сам играл на контрабасе. Долгое время эти самодеятель­ные музыканты на достаточно профессиональном уровне выступали с концертами на самых «престижных» сценах города: филармонии, оперного и драматического театров, крупнейших Дворцов культуры и других учреждений. Се­годня попасть на телевидение можно лишь внеся весьма солидный «оргвзнос», а в советские времена подобной чес­ти удостаивались наиболее талантливые и популярные исполнители. Поэтому приглашение самодеятельного квартета на Свердловскую государственную студию теле­видения весь музыкальный мир города расценил как офи­циальное признание их высокого мастерства. Правда, те­левизионный дебют Рыдзевского чуть не закончился кон­фузом. Их выступление из очень маленькой студии шло прямо в эфир. Большое количество мощных осветитель­ных приборов с лампами накаливания нагрели воздух в крохотной студии, и длинные толстые струны контрабаса Станислава удлинились и сильно «занизили» звук. Рыдзевский по-прежнему прижимал струны на грифе инст­румента в нужных местах, а звук был существенно ниже. К счастью, он быстро сообразил в чем дело, и стал прижи­мать струны пальцами несколько ниже обычного места, и концерт закончился благополучно. Кстати, благодаря это­му «историческому» выступлению на телевидении их квартет одели в одинаковые светлокремовые костюмы, деньги на приобретение которых выделил местком.

Но вернёмся назад в те годы, когда восемнадцатилет­ний Станислав оказался в действующей армии. В составе 70-й армии сержант Рыдзевский с боями прошёл от Кур­ска до Варшавы. Товарищи избрали его комсоргом роты, а командование поручило ему обязанности редактора «Бое­вого листка». За успешное ведение боевых действий ко­мандир зенитно-пулемётного расчёта Рыдзевский был на­граждён медалью «За боевые заслуги», а позднее на его груди появились орден Отечественной войны и более де­сяти медалей. Вскоре Станислав Иосифович был переве­дён в роту охраны штаба 65-й армии под командованием генерал-полковника П.И. Батова. Оттуда его в конце войны послали на учёбу в Московское Краснознамённое пехот­ное училище имени Верховного Совета РСФСР. Будучи курсантом, Рыдзевский 24 июня 1945 года участвовал в Параде Победы на Красной площади. Эти незабываемые минуты он вновь пережил спустя пятьдесят лет — 9 мая 1995 года на юбилейном Параде Победы в составе группы ветеранов Екатеринбурга. После окончания училища Станислав Иосифович демобилизовался и в 1947 году вернулся в родной Ишим. Там он поступил на работу на Механи­ческий завод Министерства путей сообщения. Вначале его определили учеником токаря. Имя своего наставника Рыдзевский запомнил на всю жизнь — Михаил Пантюхин. Это мастер высшей квалификации помог своему любо­знательному подопечному в достаточно короткий срок пройти путь от рабочего до технолога турбинно-редукторного цеха. В 1951 году Рыдзевский переехал в Свердловск и стал работать мастером радиозавода, а в свободное вре­мя играл в футбол за заводскую команду «Электрик». Примерно в это же время Станислав впервые взял в руки судейский свисток и через какое-то время стал арбитром республиканской категории. В 1952 году Рыдзевский пе­решёл в конструкторский отдел радиозавода и потом уже всю свою трудовую жизнь оставался конструктором. Бо­лее двадцати лет Станислав Иосифович проработал в про­ектных организациях Свердловска, а затем ещё четверть века трудился в должности ведущего конструктора лабо­ратории дефектоскопии Уральского отделения Россий­ской академии наук.

Свою любовь к спорту, родившуюся ещё в школьные годы, Рыдзевскому удалось реализовать в своей журна­листской деятельности. Являясь искренним поклонником знаменитого советского радиокомментатора Вадима Си­нявского, Станислав Иосифович однажды тоже решил по­пробовать себя в телевизионном репортаже, предложив свои услуги Свердловской студии телевидения. Разумеет­ся, потрясенная подобным нахальством главный редактор студии телевидения Т. А. Шахова не решилась тут же вы­пустить новичка в эфир. Она лишь обнадежила его: «Оставьте номер вашего телефона, мы вас пригласим».

Рыдзевский несколько месяцев усиленно занимался самоподготовкой, слушая репортажи Вадима Синявского, отрабатывая тембр голоса, регулярно читая всю периоди­ческую спортивную печать, беседуя с тренерами сверд­ловских футбольных команд СКВО и «Машиностроитель» Л. А. Родосом и А. А. Морозовым. Его дебют оказался удач­ным, и затем Рыдзевский в течение тридцати лет (!!!) вёл футбольные теле- и радиорепортажи. Предметом особой гордости Станислава Иосифовича являлся цикл радиопе­редач, проведённых им в 1996 году в честь столетия Олим­пийских игр современности. В течение года в эфире про­звучало двадцать три выпуска общей продолжительнос­тью три часа сорок минут! Это была действенная пропа­ганда спорта в исполнении настоящего профессионала, который сам всю свою жизнь был влюблён в спорт и чест­но служил ему!

К сожалению, Станислав Иосифович Рыдзевский так и не увидел этот материал, немного не дожив до своего вось­мидесятилетия и шестидесятилетия Великой Победы».

scroll back to top