ШЕХОВЦОВ ВИКТОР ГРИГОРЬЕВИЧ

 

ShexovzevVG

Шеховцов В.Г. - (15.04.1936 г. в Курской области - 07.08.1993 г. в г. Екатеринбурге) Заслуженный мастер спорта СССР по хоккею с мячом (Н-Тагил, КФК «Металлург» - Свердловск, СКА).

Чемпион Мира 1961 года в Порсгрунн, Стабек, Осло, Драммен и Мьёндален (Норвегия)

Чемпион Мира 1963 года в Карлстад, Несшё, Стокгольм, Уппсала, Вестерос (Швеция)

Чемпион Мира 1965 года в Иваново, Архангельск, Свердловск, Курск и Москва (СССР)

Чемпион Мира 1967 года в Хельсинки, Миккели, Оулу, Варкаус и Лаппеэнранта (Финляндия)

Чемпион Мира 1969 года в Несшё, Уппсала, Катринехольм, Лидчёпинг, Венерсборг, Эребру (Швеция)

Чемпион СССР (1956, 1958-1960, 1962, 1966, 1968, 1971). Серебряный призер (1957, 1961, 1963, 1965, 1967, 1969). Бронзовый призер (1964, 1970)

 

Виктор Григорьевич воспитанник нижнетагильской хоккейной школы, начал играть в 1948 году в местном «Металлурге». С 1955 по 1973 годы выступает за команду мастеров СКА (Свердловск). Здесь он достиг самых высоких побед и достижений.

Участник 19 чемпионатов СССР, восьмикратный чемпион страны. Провел 381 матч, забил 3 гола. 9 раз входил в список лучших в сезоне.

В составе сборной команды СССР становился чемпионом Мира в 1961, 1963, 1965, 1967, 1969 годы. На всех чемпионатах Мира он капитан команды. За победу на III чемпионате Мира, получая приз, от имени команды вручил Шведскому королю Густаву IV свою клюшку, которая с благодарностью королем была принята. Скандинавские газеты писали:  «Шеховцев - это хоккейный акробат». «Этот защитник - настоящий гладиатор».

Из всех хоккеистов сборной страны он имел самый солидный стаж выступлений. Один из сильнейших в своем амплуа за все годы. Практически не имел слабых мест в подготовке. Был очень грамотным в тактическом отношении. Отличался жесткой манерой игры, мог мастерски выдать длинный пас вперед.

Тренер команды заслуженный тренер СССР И. Балдин так отзывался о нем:

- Как никто другой он умеет видеть поле;

- Виктор – это, прежде всего, творческий работник на поле.

Виктор Шеховцев - член символической сборной команды Мира. Он обладатель 8 золотых медалей чемпионатов СССР.

Звание «Заслуженный мастер спорта СССР» присвоено в 1984 году.

После окончания спортивной карьеры перешел на тренерско-преподавательскую работу.

В 1974-1976 годы был старшим тренером «Уральского трубника» (Первоуральск)

Судья Всесоюзной категории по хоккею с мячом и по хоккею с шайбой.

Кавалер ордена «Знак Почета».

В 2012 году в Екатеринбурге на стене дома, где жил Виктор Григорьевич, была установлена мемориальная доска.

Занесен в Книгу Памяти Министерства спорта Свердловской области под № 73.

Похоронен на Сибирском кладбище, секция 12.

 

Сказ про СКА (Свердловск) (История клуба, 2011)

Из энциклопедии «Хоккей с мя­чом»: «Выдающийся мастер мирового хоккея с мячом. Один из ве­дущих игроков СКА и сборной страны на протяжении многих лет. Быстрый, цепкий, тактически грамотный, сме­ло вступал в единоборства, хорошо выбирал позицию для отбора мяча. За счет игровой интуиции эффективно действовал на перехватах, умел свое­временной передачей дать развитие атаки. В паре с Юрием Коротковым со­ставлял одну из лучших в истории отечественного хоккея с мячом защитных линий. Был капитаном сборной СССР в 1963-1969 годах. Вошел в символичес­кую сборную России за 100 лет по вер­сии газеты «Спорт-Экспресс» (1997). Вошел в список лучших игроков СССР/ России за 40 лет участия в чемпиона­тах мира (1998). Судил матчи команд высшей лиги в 1977-1988 годах, в 1982 году международный турнир на приз газеты «Советская Россия».  Семь раз входил в списки лучших судей стра­ны (1978, 1980, 1981, 1984-1987). Был арбитром финалов Кубка СССР (1985, 1987), международного турнира на при­зы газеты «Советская Россия» (1982)».

 

А вот что написал в своей книге из­вестный хоккейный журналист и исто­рик Виктор Осипов: «Можно смело ска­зать, что с приходом Шеховцова в ар­мейский клуб, а затем и в сборную стра­ны, началась новая эпоха игры защиты. Если раньше игроки обороны в основ­ном выполняли разрушительные функ­ции, то Шеховцов стал первым защитни­ком, принимавшим участие еще и в ор­ганизации атак. Его передачи, предель­но острые, своевременные и точные, позволяли нападающим без задержки проводить атаки на ворота соперников. Причем сила передачи варьировалась в зависимости от того, кому именно они были адресованы.

Однако все же главная задача за­щитника — четко сыграть в обороне. И в этом плане основной характеристикой игры Шеховцова являлся термин «на­дежность». Его партнеры по команде всегда были уверены, что тыл команды прикрыт. Эта надежность обеспечива­лась его тонким пониманием тактичес­ких нюансов игры и большими техничес­кими возможностями.

Игра Виктора на зарубежных стади­онах восторженно комментировалась спортивной прессой. «Хоккеист-акро­бат», «Защитник-гладиатор» — такими эпитетами под фотоснимками, опубли­кованными в шведских и финских газе­тах, награждали его журналисты.

Будучи многолетним капитаном сборной СССР, Шеховцов умело руково­дил действиями команды, пользовался непререкаемым авторитетом среди иг­роков. Завидным хладнокровием в лю­бых игровых ситуациях, он вселял в сво­их партнеров уверенность, настраивал их на решительные действия».

А приведенный ниже пронзитель­ный и полный тревоги и боли за буду­щее свердловского хоккея с мячом мо­нолог, записанный в начале 90-х годов, стал для Виктора Григорьевича одним из последних публичных выступлений в его биографии. В биографии легендар­ного Мастера с большой буквы, капи­тана двух великих хоккейных команд - сборной СССР и свердловского СКА...

— И смешно, и грустно: приходишь на Центральный стадион посмотреть хоккей, а с тебя бабушка-вахтер пропуск требует: покажешь — пропущу, а нет — иди отсюда. Хорошо, если попадется старушка, которая видела меня в моло­дые годы еще игроком. Не без внутрен­него трепета (мало ли что?), но пропус­тит. А не повезет, так и все на этом — чу­жой. Да что там вахтер? Она на службе, у нее работа такая: «не пущать» посто­ронних. А вот как быть с теми, кто зано­сит нас в разряд этих самых «посторон­них»?

Ну, не пускаете и не пускайте. Прожи­ву и без вас, не умру. Тем более, что и на хоккей-то ходить стало для нас, ветера­нов, чуть ли не настоящей пыткой. Сто­ишь на заснеженной трибуне и от стыда сгораешь за то, что показывают на поле иные нынешние хоккеисты. Вы не ду­майте, это не обычное старческое брюз­жание: «А вот мы в ваши годы!» Но ведь так и было! Сейчас уже мало кто помнит свердловскую команду СКА шестидеся­тых. А ведь как играли — в раздевалку после матча чуть не ползком от усталости добирались, форму — хоть выжимай! В команде тогда были сплошь «звезды» — Александр Измоденов, Николай Ду­раков, Валентин Хардин, Валентин Атаманычев. Да всех перечислять — места не хватит!

Я не хвалюсь, незачем это, но сами посудите: приезжаем мы в Москву на игру, например, с ЦСКА - так на нее всегда полный стадион собирается. Ар­мейцев ведь в ту пору называли не ина­че, как «оперетта на льду» - по степе­ни популярности СКА вполне успешно конкурировал с лучшим тогда в стране Свердловским театром музыкальной комедии. А потом началось массовое переманивание уральских хоккеистов в Москву - уехали, например, Альберт Вологжанников, Михаил Осинцев, Евгений Горбачев. Да и меня, если честно, тоже ведь звали в столицу нашей Родины, в тот же ЦСКА («Динамо» тогда еще не было лидером отечественного хоккея). Приглашение пришло в начале шестиде­сятых. А я в СКА как раз только в «люди» начал выходить, закрепился в команде, в сборную взяли. В общем, решил с на­сиженного места не уезжать, патрио­тизм, так сказать, проявил. Хотя сейчас, по большому счету, жалею, что не уехал. Истинную цену этому патриотизму поз­же узнал.

А в те годы - что? Молодой был, силы девать некуда - играй да играй! Команда классная, постоянно наверху: то первое, то второе место. Жизнь пре­красна. За границей тоже нет проблем, тех же шведов били регулярно. Зачем было задумываться о будущем, кто это в нашем возрасте делает? А у нас, армейцев, существовал тогда еще один плюс, да немалый. Мы ж все-таки офицерами Советской армии считались. Сами, на­верное, понимаете: звание, обмундиро­вание и паек бесплатные, выслуга лет, пенсия и прочее счастье советских лю­дей тех лет.

Так я и доиграл до осени 1973 года. Причем последние четыре сезона уже не считался военнослужащим, уволил­ся в запас старшим лейтенантом. Тоже, считаю, зря поторопился. Думаю, что ос­танься я военнослужащим, очень мно­гих проблем в будущем можно было из­бежать, а так только стаж трудовой себе прервал. Но тогда, в 1973-м, почувство­вал: вроде бы все, хватит играть. В 37 лет можно, наверное, и коньки на гвоздь по­весить.

Что дальше? Первая мысль, а она, наверное, у всех нас, спортсменов, оди­накова — пойти в тренеры. Приглаше­ния долго не ждал, почти сразу же поз­вали в Первоуральск. Там как раз у мес­тного «Уральского трубника» кризис наметился. Ну, и как это обычно быва­ет, срочно стали искать, кто сможет вы­тащить команду, поднять наверх. А тут, как специально, целый заслуженный мастер спорта «подвернулся». Вот меня и пригласили, сразу назначив старшим тренером. Благо, и возраст позволял, и медали еще блестели ярко. Возможно, именно поэтому руководство Новотруб­ного завода, при котором была коман­да, долго не раздумывало. Я, впрочем, тоже. Тем более, что с возвращением в армию у меня что-то сразу не полу­чилось. Предлагали то куда-то на Се­вер ехать, то в Суворовское училище. Но один вариант меня не устраивал, в другом случае уже я кого-то не устро­ил. В общем, летом 1973-го я отправил­ся в совсем недалекий от Свердловска Первоуральск, и работы там оказалось, действительно, непочатый край.

«Уральский трубник» в городе всег­да любили, да и заводское руководство к команде тогда благоволило. Ведь сам директор НТЗ, знаменитый Герой Соци­алистического Труда Федор Данилов, был просто страстным болельщиком. И поначалу дела у моей новой коман­ды шли довольно неплохо. Практически сразу я начал проводить омоложение со­става, потихоньку подводить к «основе» резервистов. А в молодежной коман­де у «Трубника», замечу, как раз появи­лись и окрепли очень неплохие ребята - Евгений Великанов, Сергей Максименко, Владимир Чермных, Дмитрий Репях и другие. Все в скором времени оказа­лись на виду, все заиграли. В общем, в первый же год моей работы «Уральский трубник» занял в высшей лиге шестое место, в одном из матчей обыграв даже ставшим в том сезоне чемпионом свер­дловский СКА - 5:4! Успех, да какой! Сам Данилов ходил с высоко поднятой го­ловой. А я не только подумал, но еще и где-то сказал вслух о том, что еще года три-четыре спокойной работы и можно будет на медали замахиваться!

Если бы все так просто! Перед следу­ющим сезоном от таких моих слов, про три-четыре года, директор вдруг нахму­рился: «Как, ты не веришь в прогресс? У меня на заводе соцобязательства еже­годно повышаются, и мы ежегодно их перевыполняем!». Что тут я мог сказать в ответ? Что команда — это не завод? Что в ней не издашь приказ: всем вый­ти на субботник и чтобы 5:0 выиграли? Что без подготовленного резерва о при­зовых местах и думать нечего? Что сов­сем рядом, в Свердловске, СКА, образно говоря, спит и видит, кого еще из Перво­уральска к себе забрать?! Не стал я ниче­го говорить, бессмысленно это было. Но первые сомнения в своей дальнейшей тренерской карьере именно в Перво­уральском клубе, у меня тогда все же за­родились... А в 1976 году в стране нача­лись перемены, отечественные тренеры и спортсмены-профессионалы дружно переставали быть слесарями, плотника­ми, проходчиками, а становились сами собой. Пришло так называемое штатное расписание и в наш клуб, и была в нем прописана ставка начальника — старше­го тренера команды...

...Как разворачивались дальнейшие события, я точно не знаю, меня в курс дела не вводили. Просто в один пре­красный майский день мне зачитали приказ, в котором напротив фамилии «Шеховцов» значилось — «тренер». Но приглашали-то меня в команду старшим тренером? За что же понизили?! Три се­зона отработал — и ведь неплохо! Ко­манда «смотрелась», в двух послед­них чемпионатах оказалась, соответс­твенно, седьмой и восьмой. Выглядела, пусть и середняком, но достаточно про­чным, появились серьезные перспекти­вы для дальнейшего роста, а ведущих игроков завалили предложениями о пе­реходе.

В общем, стало мне очень обидно. И не столько за «тренера», сколько за то, что все делалось в тайне, за моей спи­ной. Заявление об уходе по собствен­ному желанию долго не сочинял. И ког­да рассчитали, сразу вернулся в Свер­дловск, надо было где-то основатель­но «приземляться». Спасибо, попались хорошие люди, пригласили в пожар­ную охрану одного из заводов. Пожары, правда, не тушил, в основном, занимал­ся организацией физической культуры. А заодно отвечал за технику. Помогло среднее специальное образование: ког­да-то вместе с Виталием Симоновым, Валентином Хардиным, Александром Измоденовым и Николаем Дураковым закончил в Челябинске автотракторное училище. В технике разбирался — вот и занялся ее обслуживанием и ремонтом вплотную. Ну а чуть позже снова надел военную форму, и уже дослужил до на­стоящей пенсии.

А еще - вновь вышел на лед, но уже как судья. Осенью того же 1976-го меня пригласили попробовать себя на всесо­юзном сборе судей. Состоялся он в Пер­воуральске и завершился для меня не­плохо: получил право обслуживать мат­чи первенства страны. Вначале - в первой лиге, а вскоре и в высшей. В следую­щем году получил республиканскую ка­тегорию, еще через три года — всесоюз­ную. Семь раз включался в список деся­ти лучших судей страны. Все ждал, ког­да на международные матчи допустят, но так и не дождался. Точнее, дождался одного-единственного приглашения - в 1982 году в Сыктывкаре судил междуна­родный турнир на приз газеты «Совет­ская Россия». Вскоре мне стали откро­венно намекать: пора, мол, тебе, Виктор Григорьевич, и честь знать. А мне всего 46 стукнуло. Лет пять еще отсудил дома, после чего внял совету, спрятал свисток куда подальше.

Сейчас же я хочу быть обычным пен­сионером и от всего отдыхать. Не так давно, правда, пригласили, в областную федерацию. Только там я особой пользы не принесу, не тот возраст, чтобы лбом стену пробивать. Хоккей с мячом, как и весь спорт, на Урале сейчас явно на «подъеме». Как в анекдоте: чего не хва­тишься, того и нет! Формы для игроков нет, качественных стадионов нет, трене­ров нет, условий для нормальной рабо­ты нет, да и желания трудиться за копей­ки на благо спорта тоже ни у кого дав­но нет. Все как-то само собой делается, самотеком. Выиграли — молодцы, про­играли — плохо, и все эмоции на этом заканчиваются. Никому ничего не надо.

Не в этом ли кроются нынешние трудности екатеринбургского хоккея? СKAвроде бы и играет, старается со­здать что-то интересное, нестандарт­ное. Но только делается это какими-то вспышками, причем очень короткими. А все остальное время — апатия. И не вина молодых ребят в том, что исчезла пре­емственность. Вот мы в свое время учились у Ивана Балдина и Валентина Атаманычева. А нынешним молодым у кого учиться? Уж слишком поспешно списывают нынче ветеранов. Стукнуло тебе 30 — вежливо отзовут в сторонку: извини, мол, дорогой, но пора! И уходишь, куда же деваться?! Уступаешь дорогу моло­дым — так это говорится сейчас. Хоро­шо, если талантливый мальчишка сам звездой станет, но ведь это редкость сейчас. Молодцы москвичи: динамов­цам Владимиру Плавунову и Валерию Бочкову за сорок было, а их все равно ставили в состав. Молодые за ними и тя­нулись. В «Волге» Николай Афанасенко играл — тоже «ветеран» по паспорту, а забивал больше всех. Вот это школа на­стоящая для новичков.

А у нас в Екатеринбурге? Кто сей­час в команде из ветеранов? Никого нет. СКА очень быстро превратился в подобие «проходного двора», пришел — ушел. Так все традиции команды и рухнули. Застой в стране — он же всех нас коснулся. Равнодушие ко всему и ко всем, неверие ни во что — оно же в каждом из нас живет. Хоккей, конечно же, не исключение. И он медленно да верно угасал в болоте застойного рав­нодушия. Не знаю, может, когда-нибудь что-то и изменится в лучшую сторону, посмотрим. Пока же я не вижу в игре ко­манды того главного, что отличало СКА 1960-х — стабильности во всем. Коман­да может сыграть пару игр ярко, а затем необъяснимо провалиться. Вот здесь-то помощь ветеранов и могла пригодить­ся — трудно сегодняшним армейским мальчишкам самим вырасти в зрелых, опытных мастеров.

Но надежд на возрождение славных традиций уральского хоккея я все же не теряю. Считаю, что команды из Красно­ярска, Москвы, Красногорска сейчас не столь грозны, что у СКА есть хороший шанс отогнать их от первой ступени пье­дестала. Надо только работать. И в Свер­дловске, и в Первоуральске, и во всей области. Только тогда придут и игра, и медали, и болельщики!..

Юрий ОВОДОВ

 

scroll back to top